Виктория и Алексей Варгины
В Мире Снов
происходит первая встреча
Первое, что почувствовал дядюшка Роу, оказавшись в зелёном тумане, — это сильное и необъяснимое волнение, а потом послышались голоса, много голосов. Они звали, о чём-то предупреждали, смеялись… Эти голоса были как будто знакомы сказочнику, однако он не мог ни вспомнить, чьи они, ни понять, о чём они говорят. А затем появились видения: фантастические лабиринты, сложенные то ли из кирпичей, то ли из книг; какие-то экзотические цветы вперемежку с обрывками обожжённых рукописей; горы, отражённые не в воде, а в небе… И на каждое из таких видений душа дядюшки Роу отзывалась острой щемящей болью. Сказочник уже перестал понимать, куда и зачем он идёт, как вдруг… всё исчезло и дядюшка Роу очутился в пещере, в кругу ожидавших его друзей-попутчиков.
Потрясённый сказочник повернулся и потрогал туман рукой, но теперь он ощутил вязкую упругость, пройти через которую было просто невозможно.
— Ну как туманчик? — подмигнув, спросил Буратино.
Дядюшка Роу молчал, не находя слов. К тому же в его переживаниях было столько личного, сокровенного, о чём ему не хотелось говорить!..
— Туманчик с превеликими загадками, — многозначительно ответила за сказочника лиса Алиса. Арлекин от её слов опять скукожился, он выглядел сейчас ещё более испуганным, чем до перехода. Лишь Артемон казался безмятежно спокойным, да Буратино вновь обрёл свой прежний уверенный вид.
— Я уже всё тут обследовал, — деловито сообщил он. — Из этой пещеры есть один-единственный выход, придётся идти по нему.
Дядюшка Роу опять зажёг свой факел, и друзья продолжили путь. Теперь они путешествовали в мире, о котором не знали ровным счётом ничего.
Они долго шли по тёмному тоннелю, пока впереди не забрезжил слабый дневной свет.
— Это выход! — встрепенулся Буратино.
— Погоди, — сказал дядюшка Роу, — свет в пещеры может проникать и сверху, в маленькие отверстия.
Буратино присмирел, однако прав оказался именно он, и вскоре путники вышли из подземелья.
Они оказались в узком ущелье, из которого куда-то вверх вела одинокая и, казалось, давно не хоженая горная тропинка. По ней друзья поднялись на небольшое плато.
— Смотрите-ка, у нас была осень, а здесь, похоже, настоящая весна, — с удивлением сказала Алиса.
— А солнце! — воскликнул Буратино. — Солнышка-то на небе нет!..
— В самом деле! — поразился сказочник. — Солнышка нет, хотя день ясный… И небо какое синее! У нас на Средиземноморье оно значительно светлее.
— Ого, да здесь и теней нет, — заметил Буратино. — Впрочем, это потому, что не светит солнце…
— И здесь нет звуков, — мрачно добавил Арлекин. — Ни птицы не поют, ни кузнечики не стрекочут… Как будто всё вымерло.
И всё-таки одна живая душа в этом непонятном и настораживающем мире была — на самом краю плато росло огромное старое дерево, и на его могучем суку путники увидели птицу — большого чёрного ворона. С некоторым трепетом они приблизились к дереву. Казалось, что огромный ворон спит.
— Здравствуйте, господин Ворон, — вежливо обратился к нему дядюшка Роу. — Не подскажете ли вы, где мы находимся?
Ворон открыл один глаз и уставил его на путешественников.
— Разумеется, в Мире Снов, — отрывисто прокаркал он и вдруг рассмеялся трескучим смехом:
— Сто лет здесь сижу, и хоть бы кто появился. А тут вдруг зачастили: сперва это человекоподобное бородатое пугало, теперь и вовсе целая ватага.
— Так это же Карабас Барабас! — вскричал Буратино.
Ворон открыл второй глаз и покосился на мальчика.
— Не имею ни малейшего представления о том, как его зовут. Этот грубиян не счёл нужным представиться.
— А где же он? — спросил дядюшка Роу.
— Побежал с проклятиями в сторону леса, и больше я его не видел.
— Господин Ворон, — почтительно проговорил сказочник, — не знаете ли вы, где находится Страна Счастливых Снов?
— Кто же этого не знает! — прокаркала птица. — Страна Счастливых Снов лежит за Страной Кошмаров.
— Что? — насторожился Буратино. — Настоящих кошмаров? А… где эта страна?
— Да везде, — усмехнулся Ворон. — Вот лично я целый век сижу здесь в одиночестве — разве не кошмар?
— Зачем же вы сидите? — недоумевал Буратино. — Отправлялись бы в Страну Счастливых Снов…
Ворон повернул к нему голову и пронзил острым взглядом.
— Отправлялся, и не раз, — резко ответил он. — Но вырваться из Страны Кошмаров я так и не сумел: Бесконечная дорога вновь и вновь возвращала меня к этому постылому дереву.
— Простите, а что это за Бесконечная дорога? — спросил дядюшка Роу.
— С этого плато дорога одна, — хрипло ответил Ворон, — а Бесконечной назвал её я, потому что так и не увидел её конца. Если вы направляетесь в Страну Счастливых Снов, вам тоже не миновать этой дороги. Может быть, вы окажетесь удачливее меня… А если нет — вернётесь сюда и останетесь под этим деревом навеки. Глядишь, и мне веселее будет…
— Послушайте, мудрый Ворон, а не хотите ли вы попробовать ещё раз? — предложил вдруг сказочник. — Пойдёмте с нами, ведь вместе всегда легче. У вас есть кое-какой опыт, а у нас… у нас есть волшебный золотой ключик.
— Золотой ключик?! — казалось, что Ворон только сейчас по-настоящему пробудился и внимательно оглядел своих собеседников. — Ну конечно, деревянный мальчик со смешным длинным носом… Буратино!
— Да, это я, — изумившись, подтвердил тот. — А откуда вы меня знаете?
— Это не важно, — ответил мудрый Ворон, — важно, что ты пришёл… Идти в Страну Счастливых Снов с Буратино, конечно, заманчиво. Но, видите ли, я стар и немощен, и крылья уже плохо слушаются меня… В детстве я много слышал про эту обетованную землю от своих родителей, в юности страстно мечтал попасть туда и всю свою молодость потратил на то, чтобы преодолеть Бесконечную дорогу и достичь страны счастья. Однако, как видите, я и теперь всё на том же старом дереве. И сейчас мне остаётся только сожалеть, что сказочный Буратино пришёл сюда слишком поздно…
— Вовсе не поздно! Идёмте с нами! — горячо уверял дядюшка Роу. — Если ваши крылья ослабели, вы можете путешествовать на моём плече.
— Или на моей спине, — неожиданно сказал Артемон.
Арлекин от удивления открыл рот, а Буратино радостно запрыгал вокруг пуделя:
— Артемон заговорил, Артемоша заговорил!!!
— Ух ты, я и в самом деле говорю! — ликовал пёс. — Ну и надоело же мне молчать!..
— Что в этом странного, если в Мире Снов говорят даже деревья и камни, — проворчал Ворон.
— Да неужели? — не поверил Буратино и тут же попытался заговорить с ближайшим валуном, но тот хранил гробовое молчание.
— Они говорят редко, в исключительных случаях, — пояснил Ворон, — но понимают всё прекрасно.
— Возможно, и у нас деревья и камни понимают всё происходящее, — уронила Алиса.
— А где это у вас? — вытянул шею Ворон.
— Нам это сложно объяснить, — снова вступил в разговор дядюшка Роу. — Дело в том, что наша родина находится совсем в ином мире, который отделяет от здешнего волшебный зелёный туман. Мы прошли через этот туман и вот оказались здесь…
— Понятно, — сказал старый Ворон, — а откуда вы узнали про Страну Счастливых Снов?
— Из волшебной книги, — рассказывал дядюшка Роу, — а она, как и волшебный золотой ключик, появилась в нашем мире вместе с Буратино.
— Понятно, — повторил Ворон. — Пожалуй, я отправлюсь с вами в Страну Счастливых Снов. Я всегда чувствовал, что только там можно обрести счастье и получить ответы на все мучающие меня вопросы. Кроме того, я стремлюсь туда по личным мотивам. Вас же, судя по всему, в страну счастья ведут, а значит, дойти до неё у вас больше шансов.
Старый Ворон с шумом расправил крылья и тяжело перелетел на плечо дядюшки Роу.
Теперь уже шестеро путешественников держали путь в загадочную Страну Счастливых Снов. С горного плато они спустились в зелёную долину, по дну которой бежала тропинка, ведущая к лесу. Это и была Бесконечная дорога одинокого Ворона.
Страна Кошмаров
преподаёт свой урок
Лиственный лес казался тихим, даже приветливым, и пока не вызывал никаких опасений. Разумеется, Буратино и его спутникам очень хотелось узнать, какие кошмары подстерегают их на пути, но мудрый Ворон безмолвствовал — и никто не решался с ним заговорить. Буратино, помимо этого, не давала покоя какая-то мысль, которая всё время ускользала, так и не успев оформиться. Наконец Буратино удалось поймать её. От удивления мальчик даже остановился.
— Послушайте, если мы в Мире Снов, значит, все мы спим? Но ведь мы не ложились спать!..
Его друзья тоже остановились и в недоумении переглянулись, а Арлекин даже ущипнул себя за руку.
— О чём ты говоришь? — проскрипел Ворон на плече сказочника.
— Видите ли, — немного сконфуженно сказал дядюшка Роу, — мальчик хочет узнать, действительно ли он не спит, раз он не ложился спать… Но если мы находимся в Мире Снов, то почему мы не спим?.. О господи, я совсем запутался…
— Да уж, — саркастически заметил Ворон. — Из той чепухи, что вы нагородили, я понял одно: для того чтобы оказаться в Мире Снов, вам нужно куда-то… ложиться?
— Ах, батюшки, я, кажется, начинаю понимать, — с облегчением сказала Алиса. — Здесь никто и никогда не ложится спать, потому что все и так находятся в Мире Снов.
— Ах, как это сложно понять!.. Я вас поздравляю, — съязвил Ворон.
— Видите ли, уважаемый, — сказал дядюшка Роу своему пассажиру, — нам и в самом деле… нелегко это понять, поскольку там, откуда мы пришли, все живые существа регулярно засыпают и видят сны, а потом они просыпаются и живут в реальном мире.
Теперь пришёл черёд удивиться Ворону.
— А что же такое этот ваш реальный мир? — спросил он.
Дядюшка Роу призадумался.
— Ну, откровенно говоря, внешне он не многим отличается от вашего, — признался он. — Но в этом реальном мире мы живём, совершаем поступки, изменяем действительность…
— А что, по-вашему, делаем мы? — перебил его Ворон. — В нашем мире?
Дядюшка Роу покраснел как школьник.
— Но ведь сон — это… это не совсем реальность… Это скорее картины — обрывки памяти, фантазий… Они не имеют отношения к настоящей жизни.
Ворон слушал сказочника с раскрытым клювом.
— Понятно, — сказал он затем и замолчал так сурово, что путникам сделалось не по себе. Один Буратино не унимался.
— Послушайте, если это всё-таки сон, значит, в нём можно летать. Я всегда летаю во сне, — затараторил он. — Например, перед тем как идти сюда, я видел сон, в котором летал вместе с бабочками. У меня тоже были крылья — большущие и цветные, как радуга. И все бабочки мне завидовали…
— Я всё понял, — оборвал его Ворон. — Значит, вы систематически посещаете Мир Снов, но в своих сновидениях безвольны, беспомощны и, главное, безответственны. Почему вас тогда не учат спать?
— Интересная мысль, — оживился дядюшка Роу. — Вообще-то я слышал, что на земле есть такие учителя. Но… их не много, и мало кто им верит.
— Как такое возможно?! — возмутился Ворон.
— В нашем мире к снам относятся как к сущей безделице. А тех, кто придаёт им хоть какое-то значение, считают чокнутыми, — неловко признался старый сказочник.
— Подумать только! — сокрушённо вздохнул мудрый Ворон. — Ну и мирок у вас! Придёт из него сюда чучело, вроде вашего Карабаса Барабаса, натворит дел по глупости и невежеству, в том числе и на собственную голову, — и знать ничего не будет. Ваш мир — это и есть настоящая страна кошмаров. Теперь я догадываюсь, зачем вас притащили сюда.
— Зачем? — вырвалось у Арлекина.
Ворон вздёрнул свой клюв:
— Да чтобы показать, как вы глупы и безответственны, полагая, что сон — это сущая безделица!
— Я так и не понял, здесь можно летать или нет? — растерянно спросил Буратино.
Ворон посмотрел на него свысока.
— Скоро ты полетаешь, да и все вы начнёте понимать, что такое Мир Снов, — мрачно и даже, как показалось Буратино, зловеще прокаркал он.
«И зачем только мы взяли его с собой? — невесело подумал Буратино. — Конечно, за сто лет одиночества характер испортится у любого, но это уж слишком… А как было бы приятно путешествовать без него…»
И в этот момент под ногами путников что-то дрогнуло и земля внезапно раскололась, образовав перед ними бездонную пропасть. Шедший впереди всех дядюшка Роу громко вскрикнул и отшатнулся. Мальчики попадали на землю, а Алиса и Артемон заскулили, как маленькие щенки.
Бездна, преградившая им дорогу, была поистине ужасна. При одном только взгляде вниз у дядюшки Роу перехватило дыхание и закружилась голова.
— Это невозможно, — прошептал он. — Какая неизмеримая глубина!..
— Ты, кажется, хотел полетать? — спросил Ворон у Буратино. — Вот тебе прекрасная возможность. Видишь противоположный край обрыва? До него всего каких-нибудь пять миль.
— А вы од-должите свои к-крылья, д-дяденька, — стуча зубами, ответил Буратино.
— Крылья здесь ни при чём! — крикнул Ворон. — На них эту пропасть не перелететь: она будет разверзаться и разверзаться, она может расти в любую сторону! Её можно одолеть только устремлением мысли. Смотрите!..
Ворон подобрался, глаза его сверкнули тёмным огнем, крылья плотнее прижались к телу — и птица исчезла. Все ошеломлённо смотрели на опустевшее плечо дядюшки Роу.
— Где он? — пролепетал Арлекин, протирая глаза.
— Я уже давно на другом конце, — раздался почему-то совсем рядом голос Ворона. — Убедитесь сами.
Путники разом взглянули на противоположный край бездны и, несмотря на фантастическую удалённость, ясно увидели Ворона, стоящего на краю обрыва.
— Нет, я не хочу, я не могу!.. — закричал Арлекин. — Я никогда не смогу!..
— Ну что ты, дружок, это же сон, всего лишь сон, — успокаивал его дядюшка Роу.
— Нет!.. Я не в кровати, и проснуться от этого я не могу!.. — бился в истерике Арлекин.
— Ну, хватит! — вдруг решительно сказала Алиса. — Мы все не в кроватях, поэтому нам необходимо перенестись через эту пропасть.
— Правильно, — подхватил Артемон, — сейчас я сделаю это!
— Как? — спросил побледневший дядюшка Роу.
— Устремлением мысли! — в порыве какого-то восторга воскликнул Артемон и ринулся в пропасть.
Его друзья бросились к обрыву и не смогли сдержать горестный крик: Артемон падал в бездну, становясь всё меньше и меньше. Но ещё до того, как превратиться в маленькую точку, он вдруг пропал из вида, и вслед за этим рядом прозвучал его голос:
— Всё в порядке, я уже здесь.
Путники подняли головы и увидели Артемона, который радостно улыбался им через пропасть. Старый Ворон топтался подле него.
— О небесный покровитель собак, благодарю тебя, — молитвенно прошептала Алиса.
— Ну, вот видишь, — уговаривал перепуганного Арлекина дядюшка Роу, — значит, и ты сумеешь, малыш…
— Смотрите! — закричал вдруг Буратино. — Ещё одна пропасть!..
И действительно, в нескольких шагах позади путников образовался и стал стремительно расширяться другой разлом, а земля снова заходила ходуном.
Поняв, что времени на уговоры больше нет, сказочник подхватил обоих мальчиков на руки.
— Прыгай! — закричал он лисе и бросился вперёд.
Алиса видела их ещё несколько секунд, после чего все трое исчезли. Между тем островок земли, на котором оказалась лиса, разваливался прямо у неё под лапами. «Я там, с ними!..» — истово проговорила Алиса и зажмурилась.
Она очнулась оттого, что кто-то лизнул её в морду. Лиса открыла глаза — перед нею стоял Артемон и весь светился от счастья.
— С прибытием, — поздравил Алису дядюшка Роу. — Ну вот, мы снова вместе. Господин Ворон, вы оказали нам неоценимую помощь. Только благодаря вам все мы живы.
Старый Ворон с важностью нахохлил перья.
— Теперь вы понимаете, что значат чувство и мысль в этом мире?
— О, вполне, — заверил его сказочник. — Нам нужно только привыкнуть к этому…
— Советую привыкать побыстрей, — изрёк мудрый Ворон, — а иначе не оберётесь неприятностей.
— Может быть, не стоит нас больше пугать, а? — спросил Буратино, впрочем, весьма добродушно. — Я и без того никак не приду в себя. Скажите лучше, как в Мире Снов насчёт еды?
— В Мире Снов и едят, и пьют, — ответил Ворон, — но это ритуал, не более.
— Увы, — нарочито печально проговорил Буратино, — я тоже не припомню, чтобы когда-нибудь пил или ел во сне… Впрочем, нет, однажды пил — после того как объелся за ужином картошки с солёными огурцами. Понимаете, картошка была пережарена, огурцы пересолены, ну а я слишком голоден.
Его спутники рассмеялись — после пережитых волнений было так приятно смеяться! Один ворон оставался серьёзным: за последнюю сотню лет он совсем утратил чувство юмора.